Особенности системы за последние пятьдесят лет оказали знаачительное влияние на нашу культуру, на психологическую сторону оценки произвенденний искусства и на формирование шкалы ценностей культуры. Я имею в виду, что до перестойки постоянный запрет, постоянная боязнь того, что западная культура разъест нашу, что мы "находимся в окружении врагов, которые хотят нас подавить, развалить," эта еще в стаинские времена созданная теория (при помощи которой он, кстати, оправдывал все репрессии, говоря, что мы находимся в окружении и что классовая все время ысиливается) создала устойчивое ощущение того, что есть запрещенное искусство во всех его видах и есть официальное.
Уже в брежневские времена, когда люди осознавали это после хрущевской "оттепели" и его откровений по поводу Сталина, в кругах интеллигенции и среди тех слоев населения, где хоть как-то интересуются искусством, сложилось впечатление, что все, что запрещается, это хорошо и именно этим чадо интересоваться. А уважающий себя человек-интеллигент, если он любит официальное искусство: эстраду, официально издаваемые "макулатурные" издания, которыми завалены магазины, -тот, кто интересуется этим искусством, это, так сказать, "жлоб," человек пассивный (более того, даже приспособленец и, может быть, не очень добросовестный).
А вот те, кто любят сначала подпольный джаз, потом рок, который тоже был подпольным, запрещаемые виды абстрактной живописи (при Сталине импрессионистов точно как же запрещали, как "вражеское искусство") и, конечно литературы, люди, которые интересуется этим неофициальным искусством, это-ценители, и это искусство-настоящее. Таким образом, возникло противопоставление: все запретноe-хорошо, а все разрешаемое-плохо. Это буквально закончилось несколько лет назад, когда началась перестройка. Я имею в виду и запрет на рок.
Этот запрет был в общем одным из самых сильных запретов, потому что рок тогда казался некоторым страшным, разрушающим. Музыка-молодежная музыка, музыка необычная, непонятная страшнему поколению, производила на них ужасное впечатление. Таким образом, рок оказался в подполье. Вообще между словами "рок" и "подполье" было равенство. Более того, я это помню прекрасно, в начале 70-х годов, когда первые рок музыканты у нас в стране пытались стать официальными, то есть получить разрешение и продолжать, ничего не меняя в своей музыке, официально работать, они натыкались на какое-то молчаливое осуждение со стороны публики. "Аресенал" был по сути первым официальным джаз-рок ансамблем. Вообще вместе с нами слово "рок" попало в списки Министерство культуры (мы были официально зарегистрированы как "джаз-рок-ансанбль").
Потом была "Машина Времени", которой с большим трудом удалось пробиться на официальную эстраду. Их, как и нас, запрещали очень долго. Мы работали уже долгое время, ездили на гастроли за рубеж, а в Москве нам до 1980 года Моссовет все равно не разрешал работать (в провинции-пожалуйста, а у нас не надо...). И я помню, как мы натолкнулись на падение интереса к "Арсеналу" только потому, что стал выступать официально и таким образом расстался с подпольем. Три года, проведенные в подполье, мы имели бешеный успех, потому, что играли запрещенную тогда музыку: отрывки из оперы "Иисус Христос-суперзвезда", вещи "Чикаго", "Блад, сует, энд тиэрз". Но как только мы стали играть то же самое от Калининградскойфилармонии, которая отважилась взять нас, интересупал только потому, что это разрешили.
А подполье продолжало существовать и в профессиональном отношении вырождаться... То подполье 70-x годов, где были поклонники музыки Джимми Хендрикса, "ЭЛП", "Кинг кримсон", "Пинк Флойд". Конечно же, огромное количество поклонников хард рока-"Лед зеппелин", "Дип перпл", "Блэк саббат", "Гранд фанк". И вот те люди, которые тогда открыто подражали этим группам, ну и, конечно, "Битлз", за время этого подполья просто-вымерли физически-повзрослели, спились, многие из них стали наркоманами, забросили музыку, разуверились в жизни, ведь это было еще задолго до перестройки - где-то лет 12-15 тому назад.
За это время наступила эпохо диско - в 1975 году, она быстро перекинулась к нам, поскольку диско не показалось запретителям такой опасной вещью, и многие тогда уже увидели, может быть, даже возможность снятия напряжения молодежи в дискотеках. А потом поябились панки, которые пришли к нам с небольшим опозданием из Англии, и их идеи нигилистически настроенных молодых людей, которые просто терпеть не могли все поколение родителей и все, связанное с их увлечениями, то есть рок в том числе. Панки, как английские, так и наши, стали отрицать всяческое мастерство в рок-музыке. Это было для них естественно. А у нас еще поддерживалосьполным отсуствием возможности научиться играть. Если панки в Англии могли в любом магазине купить дешевый синтезатор, компьютер, или гитару и все-таки создать хоть какой-то класс звучания, то у нас такой возможности не было и до сих пор нет. Поэтому неумение играть как принцип очень прижилось у нас. До уровню исполнительства наши панки еще ниже, чем самые пербые панки, например "Секс Пистолз". (Когда я посмотрел записи последних на видео, то увидел, что все-таки, несмотря на то, что это были продавцы из "секс-шопа", которым владел Макларен, они умели играть. Наши же панки - это чистой воды самодеятельность).
В начале 80-х годов в подполье возникли первые рок-клубы в Ленинграде, рок-лаборатория в Москве. Эти люди были и молодежи героями, "магиздат" очень широко существовал до недавних времен, и все знали большинство групп-ленинградских, московских, свердловских по кассетам, которые переписивались и распространялись. Это была такая моментальная неофициальная служба информации, и она тогда были героями - Гребенщиков, Науменко со своим "Зоопарком", тот же "ДДТ" с Шевчуком, многие московские группы. И то, что там было плохо сыграно, а музыка плохо звучала, им прощалось - ну, что поделаешь, в комнате записались.
И вот произошел интересный момент. С наступлением перестойки папрет довольно быстро, может быть, в течение года был снят. По ряду причин, что сейчас даже не имеет значения. С одной стороны, уже не имело смысла это сдерживать, а сомое главное, что стало не до этого. Появились экономические, социальные, межнациональные, экологические и другие проблемы, более серьезные, чем в песнях наших металлистов или панк-групп.
Все это я рассказал для того, чтобы как-то более точно оценить сам социокультурный феномен, который мы наблюдаем при снятии этого запрета. Шкала ценностей, которая формировалась десятки лет, оказалась непригодной. Потому что исчезло разделение на официальный и подпольный рок, и публика наша растерялась. Когда все разрешено, отпадает тот некий побудительный момент (не разрешают, а вот мы почдем на этот концерт). Процесс, который наблюдается сейчас, чем-то напоминает то, что происходило в США где-то во второй половине 60-х годов, когда поябился фолк-рок. Боб Дилан, который отоврался от бардов типа Джоан Баез и окрупения героев бунтующей студенческой американской молодежи, протестующей прптив войны во Вьетнаме, политических убийств, зажима студенческих демонстраций, притеснения негров и прочихамериканских язв того времени, создал яту музыку, и вслед за ним очень многие музыканты и певцы вдруг поняли, что протест, если его усилить ритм-энд-блюзом, через рок сразу же получит мощное блияние. И многие музыканты стали спекулировать на протесте, было видно, что это их ходовой товар. В Америке стала поябляться масса записей на такие социально-политические темы, и эти песни сразу же попадали в хит-парады и делали этих людей звездами на неделю-две только за счет тематики, а не за счет исполнения. А исполняли они это так же, как и раньше, ничего особенного. Но то что эти люди взяли данную тематику, сразу же сделало их звездами. Политическая тематика вытягивала ихнаверх, и более того, делала очень огатыми людьми. Тогда у американских критиков появился такой термин "протест-поп". Когда критики раскрыли этотсекрет, протест-поп сошел, и в 70-е годы его уже не было.
У нас после запретов (пожалуйста, пойте, о чем хотите!) начался тот же протест-поп. И, конечно, поябились панки и металлисты. На сцене стал помнировать пост-панк, кототрый занялся протестом застрарелым и где-то даже вторичным, потому-что впереди них всегда шли "Московские новости" и журнал "Огонек", публикующие множество разоблачительных материалов, "Московская правда", 'Юность", и другие. И вот эта тематика недовольства, которую выражали такие группы, стала, так сказать, вторичной.
u }wqmlllmorx|┐┤▄▒≈²╔╜╡╢Ё╜╖÷√▌┤┌}|{ywtplhda_][[[[ZXWUTTUY^fp|┴∙═╙╢╪бдееддбю╩╣╝╗║⌡⌠┼sfZPHB@@DIOU[`eggfdddgmt~┴√║╙╠╣╦╦╤╡╝╙╖╔╔╕╕╓║⌡■▄┐yocWKC?>BGOW`iqx|~}zvqmjijns{┐▄∙·╔╙╜╜╛╚╚╚╛╝╞╞╜╘ё⌡▒┤{m`RH@==@FNV`lu|─│─}ytqqrvz #+ #. ( )ъ )Ю )Г *z *{ *─ *ы ,O ,P ,T -Ы /Ж /В /Э 0 0 0) 0* 07 1 2═ 2║ 2╖ 3┴ 4▓ 4⌠ 4■ 4з 4ш 4А 5a 5 5л 5м 5с 6i 6j 6r 7r 9х 9и 9я :C :D :b :c :f :i :╜ ;8 < <╔ <╕ <╙ = >▓ @э B BH BI BU B~ B B─ B│ B┐ B└ B╧ B╨ B╬ BВ BЬ BЩ C C C CP CQ C\ C┼ C▀ C▌ C╠ Dг Dх Dл Ek G G G H J J> K▌ K▐ЩВВЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩ @ &pb \ c ╢ ╣ ╤ X ┼ й А < = └ Л ⌠ !. # # # # # #! #" ## #+ *ы /В 0* 3█ 5ь :╠ <╕ @Ю B BI B B╨ CQ C▀ C╠ H H% J> L\ LЭ MvШЖШЖШШЯЛЛГБщШьсьнид©ШШШШШШШЯ╨ШБь╣д╟ЛШШШ╚ШШ╟╟ГГ╚╕ !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю 0 чТем не менее основная масса, в основном в провинции, стала принимать протест-поп, он стал распространятся и превратился в форму развлекательной музыки. Такие группы и исполнители через кооперативы дают огромное количество концертов в больших спортивных залах, кстати, зарабатывая огромные деньги. Произошла девальвация ценностей: профессионалы, которые всю жизнь учились,-мастера своего дела, продолжают зарабатывать те копейки, которые они зарабатывали и до перестройки, а люди, вышедшие из подполья, на волне этого бывшего запрета или нынешного протеста зарабатывают в 10-100 раз больше. Они обогащаются, вызывая в общем понятое чувство совиальной несправедливости не только у музыкантов.
Подпольный рок, перестав быть подпольным, стал не то чтобы официальным, а просто коммерческим. Он перепрыгнул через стадию развития обычного филармонического профессионализма и сразу пришел в суперкоммерческий вид искусства, как бы из первобытного общества сразу в социализм. Таким образом, снятие запретов породило совершенно уродливые и неестественные формы типа протест-попа, наполненные фальшью. Кстати говоря, похожее было и в США, когда многие отвернулись от своих кумпиров, зарабатывавших огромные деньги. Например, "Роллинг стоунз" (хотя их по уровню, естественно, нельзя сравнивать с нашими) даже стали давать в начале 70-х годов бесплатные концерты. А хиппи-люди-бессребренники--их презирали, так как они играли их музыку, а образ жизни был другим. Деньги разъединили тогда музыкантов и поклонников. То же самое происходило с "Дип перпл", "Блэк саббат", и особенно с "Лед зеппелин". Почувсвовав это, некоторые из них тогда ударились в какие-то мрачные настроения, начали спекулировать на псевдосатанинских, мистических темах, только чтобы продолжать предыдущую линию. Для наших музыкантов сейчас тоже есть такой выбор: придуматывать что-то неестественное, как было в Штатах, где в середине 70-х годов возник "стадионный" рок, который довольно трудно назвать рок-музыкой в чистом виде. Он исполнялся только в больших помещениях и приносил суперприбыли. Это уже было чистое зрелище. Начали все Марк Болан, Гари Глиттер и другие. Музыка на таких шоу была уже чистой воды аккомпанементом--строго расчитанные эффекты, разные приемы антиэстетики, агрессивные формы повединия. У нас же сейчас процветает только стадионный рок. Кооператоры не устраивают концерты в обычных филармонических залах, потому-что им это невыгодно. Только огрмные залы, только какие-то огромные наборы аппаратуры, только по несколько групп, которые могут произвести впечатление на несколько тысяч людей, смотрящих на них с огромного расстояния, то еасть там на сцене надо бегать и всячески привлекать публику, потому что если ты прост стоишь на месте и просто играешь, то люди заскучают, надо, чтобы на сцене все время что-то шевелилось, мигало... И вот наш бывший подпольный рок оказался в лапах стадионных предпринимателей.
С другой стороны, эти люди попали в совершенно жесткие рамки-прокрустого ложе клипа и сингла. То есть длина песни--три с половиной минуты, не дольше! А инструментальный рок, требующий мастерства, просто сходит, так как за время сингла (он же клип) можно только успеть спеть и сделать маленький проигрыш, если он вообще нужен. Чаще всего его не бывает. Поэтому мы сейчас получили сингловую форму массового действа, вокалист на первом месте, музыкант--часть фона, и никакого солиста-витуоза. Где у нас герои-исполнители? Их нет, герой только певец. Все знают имена одних певцов.
Таким образом, в результате всех этих процессов, которые я описал выше, на бидимой эстраде у нас стали отсутствовать блюз-рок и арт-рок, так и не привился фанк, "блю-айд соул", музыка типа саунда "Мотаун". За очень небольшим исключением, лишь Пресняков все-таки применяет такие "черные" приемы, ну, может быть еще Лариса Долина, но весьма в небольшой степени, потому что народ у нас этого не знает. В то время ка в Европе, между прочим, то, что чегры почти не живут в этих странах, не имеет значения, просто там существует эта культура. В Англии, например, есть масса таких составов-"Симпли ред" или "Левел 42", которые прекрасно играют "черную" музыку для белых людей, там очень много любителей такой музыки. А уж настоящий белый блюз-рок (такой, как Эрик Клэптона) в СССР вообще не существует. У нас в "Арсенале" остался Иван Смирнов, этот человек сохранился как реликт из того подполья и не бросил играть, и то он был на грани. Работая в "Голувых гитарах", Смирнов уже хотел бросать музыку вообще, потому что эстрада у этих самых "Гитар" свела его как музыканта на нет, и когда он к нам пришел, то таким образом выжил. А так я почти не вижу у нас блюзменов. Джаз-рок пратически тоже отсуствует, разве что "Арсенал" его играет.
В условиях отсуствия у нас огромного числа жанров рок музыки, существует их подмена пост-панком, электропопом, евродиско, рэгги, просто эстрадной песней, различными формами такого ретро-рокабилли или твиста. И все это называют словом "рок". Показывают по телевидению Майкла Джексона--рок, "Браво" или "Секрет"--рок. Более того, сейчас появилась новая тендеция. Народ стал уставать от протеста, он начитался газет и журналов, устал от всякой критики, и это выразилось в массовом увлечении музыкой типа "Ласкового мая", которая похожа на сахарин. Это не сахар, это такой сладкий суррогат, но он услаждает жизнь. В войну в Фашисткой Германии, когда Берлин уже был окружен, раздавали сахарин и соевые сосиски, и это называлось эрзац. Вот этот электропоп-эрзац сейчас захватил умы самых разных слоев населения, начиная от неискушенных школьников и пэтэушников и кончая даже взрослыми людьми из сферы торговли или малообразованных социальных слоев... Они с удовольствием сушают такую музыку, она не несетв себе никакого протеста, никаких проблем, никакой энергетики, она спокойная, такая красивенькая и очень примитивная. И это, очевидно, и нужно сейчас людям. И таких групп также есть интересная тенденция бесполой музыки. Они поют про любовь, но там нет чувства или секса вообще, все это оттудавытравлено. Это еще раз доказывает гениальность Джорджа Оруэлла, который предсказал эту музыку в своем романе "1984", где для простых людей всевремя звучат песни про любовь без секса, который там запрещен на уровне государственно преступления. Но про любовь поют все время...
А уробень культуры, уровень "изощренности уха" у нас очень низкий, никто почти ничего не рассказывал массе людей ни про поп-музыку, ни про рок, ни про их многочисленные ответвления. На Западе в журналах все практически разложено по полочкам. У нас же почему-то все это называется одним словом--рок.
Весь этот электропоп, также новая прибланенная эстрада, напоминающая массовую городскую музыку времен "угара нэпа", постепенно начали вытеснять металл, а затем и пост- панк. Стали поступать сведения об отмене концертов известных групп в некоторых городах, непосещения, казалось бы очень еффектных, скандальных, ранее запрещаемых, а ныне протестующих групп. То есть протест- поп тоже начичнает сходить на нет.
На этом фоне мне пришла в голову мысль--создать некую социальную нишу для тех, кто не хочет вписываться в эту "тусовку", как говорят у нас, в эту массовую культуру, в которую с удовольствием влились все эти ранее запрещаемые группы. А некоторые так и осталось в подполье--я его называю "добровольным подпольем" (когда тебя никто не запирает в клетке--она открыта, а ты там останешься сидеть, потому что за пределами клетки тебе не нравится). Оказывается, в этой клетке неизвестности остались сидеть очень многие группы, которые по каким-то причинам не хотят, не могут--совесть им не позволяет--идти и выступать на этих концертах и петь эти песни, вести себя так, как ведут себя те, кто получает за это огромные деньги. Я подозревал, что такие группы у нас остались, и бросил клич по телевидению, где мне предоставили буквально пять минут, сказав, что организуется такая ассоциация "Пост-пок". Я получил сразу очень большое количество откликов. Сначала от москвичей, а потом стали мне звонить и писать из других городов, присылать пленки, и выяснилось, что таких музыкантов и групп очень много, это меня порадовало. меня порадовало.
Когда у тебя есть подозрение, что никто ничем не интересуется, становиться тоскливо жить в этом мире. А когда знаешь, что есть еще такие люди, пускай даже немного, хочется работать и их объединять. Стилистически эти группы можно разделить на две категории. Одна имеет отношение ко всем традиционным направлениям пок-музыки, таким, как арт- и классик-рок, блюз-рок, джаз-рок, и призвана сохранить эти виды музыки. Другая вбирает все, что построено на поисках новых путей развития и еще не имеет четко определенных форм и названий.
Задачи ассоциации, которую мы назвали "Пост-рок" (чтобы отделиться от того неправильно понимаемого слова "рок"), вывести музыканта на передний план--это не значит, что мы боремся с вокалом, абсолютно нет, просто мы восстанавливаем прежнее равновеие. Чтобы доля работы музыканта увеличилась не только как исполнителя и импровизатора, но и композитора, аранжировщика, человека, который делает музыку, ведь сейчас в титрах даже композитора не указывают, поют--и все. Это--лицо песни, а кто сочинил и кто там на чем играет, просто не важно.
Так вот, мы хотим восстановить престиж музыканта и более того--восстановить и престиж рок-музыке как искусства серьезного, концептуального, содержательного.
>@ >f Bи DБ G G═ G╔ G╖ G╞ !ю !ю !ю !ю !ю !ю
!ю !ю !ю !ю !ю !ю
!ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю !ю
!ю
!ю !ю !ю !ю !ю K▐ M╨ ' Mv э Ж &p&r9ы
H H Й7ЪЬЪЛP((Э K K N ' ЪЬЪК1h =Ю/п══ пB @ H -:DeskJet
Chicago New York Geneva Monaco Palatino Times Symbol э
Stalingrad Ж Pan-Cyrillic
▓ЕПЛХМЮК-┼▌┬8 &p Espy Sans &rEspy Sans Bold 9ы eWorld Tight─ ─ ─ ( 1щ+ ( ЗЭ╦ М Н ) G X \ ш Б Ц Р З Ч W ` m y } ╓ б г к "≤ $W $X $_ $Р $С $Ь %Q &г &х &л '` 'j 'l 'w 'x 'y '┬ '▄ (█ *┼ *▀ *░ *═ *╖ *╫ *╬ *к +╚ -4 -5 -; . /& /' /( /n /o /u /У 0 0` 0a 0g 0Щ 0Ч 1 2 4\ 4] 4e 4в 4ь 4Ж 4В 4З 4Щ 5A 5л 6h 6┘ 6▄ 6░ 6у 7Z 7[ 7_ 7© 9G ;▒ <е <Щ <Ч =
=3 =4 =5 =6 =8 =9 =n =o =s =╛ =╜ =╡ =╬ =© =ф > > > >? >@ >C >f ?| ?} ?│ @ A╫ A╬ A© B╣ D╘ DБ F2 F3 F@ Fb Fc Fi G G` G╓ G╔ G╕ G╝ G╞─ M Mu Л ─ Mv ─ ' ─ M■ ─ 8 ─ M≤ А ─ M ─ M ─ M
─ ╤ ─ M ╬ ─ M ─ M& ─ ─ M3 ─ # ─ M7 ─ J ─ MU O ─ ( ─ )ъ ─ )Ю ─ )Г ─ *z ─ *{ *─ ─ *ы ─ ,O ─ ,P ─ ,T ─ MY ─ Mc ─ Me ─ ,Х ─ Mp ─ ,И ─ Mq ─ ,Ь ─ -Ы /Ж ─ /В ─ /Э ─ 0 ─ 0 0) ─ 0* ─ 07 ─ 1 ─ 2═ ─ 2║ ─ 2╖ 3┴ ─ 4▓ ─ 4⌠ ─ 4■ ─ 4з ─ 4ш ─ 4А ─ 5a ─ 5 ─ 5л ─ 5м 5с ─ 6i ─ 6j ─ 6r ─ 7r ─ 9х ─ 9и ─ 9я ─ :C ─ :D ─ :b ─ :c ─ :f ─ :i :╜ ─ ;8 ─ M≥ ─ ;т ─ M╤ ─ ;ш ─ < <╔ ─ <╕ ─ <╙ ─ =
─ >▓ @э ─ B BH ─ BI ─ BU B~ ─ B ─ B─ ─ B│ ─ B┐ ─ B└ B╧ ─ B╨ ─ B╬ ─ BВ ─ BЬ ─ BЩ ─ C ─ C
─ C CP ─ CQ ─ C\ C┼ ─ C▀ C▌ ─ C╠ ─ Dг ─ Dх ─ Dл ─ Ek ─ G ─ G ─ G
H J ─ J> ─ K▌ ─ K▐ ─ K° ─ K╬ ─ K© Kе ─ L\ L╪ # ─ M #" #*